Rambler's Top100
 
Статьи
Вячеслав Володкович  20 января 2021

Скрытая угроза: невидимая борьба между отечественными и зарубежными производителями

Сегодня в нашей стране идет борьба за ресурсы и рынки, и в первую очередь – за рынок сбыта высокотехнологичной продукции. 

Ощутимая, но невидимая для потребителя борьба между отечественными и зарубежными производителями – история совсем не новая: такие сюжеты часто встречаются и в других странах. В России она началась в 2014 году, с момента, когда государство всерьез задумалось о технологической независимости.

Две стороны противостояния

Если описывать ситуацию в общих чертах, то можно выделить две стороны противостояния. Первая – отечественные производители. Это компании, которые в основном работают в России: создают здесь высокотехнологичные рабочие места, платят зарплаты, имеют рублевый доход. Конечно, в продукции таких производителей могут использоваться зарубежные компоненты, ведь пока в нашей стране выпускается далеко не всё. Но они стремятся максимально использовать отечественные ресурсы: как только у нас открываются новые производства, эти компании сразу начинают применять последние российские разработки. 

Второй лагерь – крупные транснациональные корпорации: например, IBM, Microsoft или Cisco. После распада СССР они плотно заняли российский ИТ-рынок, причем как его открытую часть, так и закрытую, связанную с военными нуждами. И неизвестно, какая из этих долей рынка больше. Ведь пока одну его часть внимательно рассматривают исследовательские агентства и анализируют эксперты, вторая остается невидимой. И, возможно, «за закрытыми дверями» спрятано очень многое.

Получается, что в течение 30 лет в нашей стране даже критически важные технологии разрабатывались транснациональными корпорациями. Однако постепенно понимание, что зарубежные ИТ-решения подходят не для всех задач, все же пришло – и в начале 2000-х первые отечественные технологические решения стали завоевывать популярность. Сейчас российские технологии уже давно применяются во многих компонентах, хотя и ограниченно.

Но сегодня ситуация меняется еще сильнее – началось всем известное импортозамещение. Как оно повлияло на российский технологический рынок? Он стал быстро расти, ведь к существующим потребностям добавились новые: закон Яровой, цифровизация многих отраслей, программа «Цифровая экономика». Этот рост будет только ускоряться. 

Теперь началась борьба еще и за будущие рынки.

Истоки антагонизма

Почему вообще столкнулись интересы российских и международных производителей? Все просто: любая компания заинтересована в расширении своего бизнеса. Делать это намного легче, когда конкуренция находится на низком уровне или вообще отсутствует как явление. А когда в распоряжении компании есть бюджеты, превосходящие ресурсы целых государств, возникает желание в корне ликвидировать любые попытки конкуренции настоящем и в обозримом будущем. 

Такие финансовые возможности у целого ряда глобальных игроков есть. И зачастую, выходя на новый локальный рынок, они легко достигают поставленных целей. 

Но у всех правил бывают исключения. Таким исключением оказываются страны, которые могут посоревноваться с бюджетами корпораций или имеют высокий технологический потенциал для производства собственной микроэлектроники и серьезных ИТ-продуктов: систем хранения данных, процессоров, специализированного оборудования и программного обеспечения. Россия – одна из таких стран.

Еще одна страна, способная противостоять глобальным гигантам, – Китай. В США, на родине большинства тех самых транснациональных корпораций, ведется уже открытая и крайне упорная борьба против их китайских конкурентов. Например, госучреждения США теперь не могут заключать соглашения с компаниями, которые используют технологии крупнейших китайских ИТ-производителей: Huawei, ZTE, Hikvizion и Dahua Technology. А ранее компания Huawei была внесена в черный список США «из-за угрозы национальной безопасности». 

Таким образом, идет настоящая санкционная война, и ее основная цель – предотвратить появление конкурентов. Но здесь возникает парадокс: ограничения только стимулируют импортозамещение – как в Китае, так и в России. В результате создаются более качественные и технологически развитые решения, которые, наоборот, способны соперничать на рынке с продукцией международных производителей.

Такая тяжелая борьба

Противостояние российских и зарубежных производителей разворачивается сразу на нескольких уровнях. Первый и самый заметный – заказчики из коммерческого сектора. Здесь успех пока на стороне транснациональных корпораций. Во многом это связано с особенностями восприятия отечественной продукции, в основе которого лежат как правдивые факты, связанные с прошлым, так и множество мифов о настоящем. 

В течение последних 30 лет в России тотально применялись иностранные технологии. Получается, что современная российская ИТ-сфера практически создавалась под влиянием зарубежных компаний. Многие коммерческие заказчики давно привыкли к работе с экосистемой западных брендов и пока не хотят рассматривать отечественные решения, так как переход на них потребует кардинальной смены ставшей комфортной парадигмы. Это абсолютно естественное явление: на изменения всегда нужно время. 

Но перемена восприятия может ускориться благодаря мощным стимулам. Например, когда на законодательном уровне государство вводит ограничения для зарубежных игроков и налоговые послабления для отечественных. Однако подтолкнуть рынок к изменениям могут и сами компании, достигая новых технологических высот. 

Приведу пример: в сентябре минувшего года мы провели тестирование, чтобы сравнить производительность систем хранения данных на основе процессоров Intel и «Эльбрус». По его итогам СХД, работающие на отечественных и зарубежных процессорах, показали сопоставимые результаты. А при тестировании систем на последовательной нагрузке с большими блоками задержки решения на «Эльбрусах» оказались в 10 раз меньше, чем у аналога на процессорах Intel. Такие показатели связаны с архитектурными особенностями российских процессоров и указывают на то, что системы на их основе лучше подходят для задач видеонаблюдения и записи потоковых данных. 

Результатами тестирования заинтересовались многие компании. Все же десятикратное преимущество ломает барьеры и становится сильной мотивацией для выбора.

Невидимая рука зарубежного рынка

Но борьба идет не только за сердца коммерческих заказчиков, но и на других, менее публичных уровнях. Здесь стоит вспомнить Постановление Правительства РФ № 1746 «Об установлении запрета на допуск отдельных видов товаров, происходящих из иностранных государств, и внесении изменений в некоторые акты Правительства Российской Федерации». Оно было принято в конце 2019 года в целях импортозамещения. 

Суть постановления заключается в том, что госорганы не могут покупать зарубежные СХД. «Отечественность» оборудования, т.е. является оно российским или же нет, определяется Единым реестром российской радиоэлектронной продукции Минпромторга России. Если решение в реестре есть, значит, оно «наше»; если нет – извините. Казалось бы, все просто. Но есть ряд нюансов.

В идеале позиции в реестре должны определяться при помощи официальных процедур. Компания направляет заявку с документацией в Торгово-промышленную палату, та проводит выездную проверку. Однако на практике продукция попадает в реестр по адвалорной стоимости компонентов. Это значит, что когда производитель покупает зарубежную СХД и устанавливает в нее свою маленькую плату, то комплексное решение считается отечественным, если стоимость платы оказывается выше стоимости СХД.

Как сейчас выглядит реестр радиоэлектронной продукции? В нем представлена продукция лишь нескольких компаний, причем около 70% из них – это OEM-производители крупных западных корпораций: IBM, NetApp, Dell. 

Кроме того, недавно возникла интересная ситуация. Весной, в разгар карантина, многие российские компании не могли отправить заявку на включение в реестр радиоэлектронной продукции и зарегистрировать свои решения. Эта проблема коснулась и «Аэродиска». И в то самое время, когда всех российских производителей просили вернуться позже, в реестр была включена продукция компании Yadro – OEM-партнера компании IBM.

К чему это может привести?

Разговоры о том, что адвалорная стоимость не может быть критерием отечественного характера оборудования, уже ведутся. Совсем скоро ей на смену могут прийти новые критерии: например, наличие в вычислительной технике отечественного процессора.

Ужесточение законодательства отрежет транснациональные корпорации от реестра радиоэлектронной продукции и лишит их большой части рынка. Поэтому люди, которые их поддерживают, пытаются не допустить такого развития событий или даже, наоборот, смягчить ограничения. Например, они пишут письма в Министерство промышленности и торговли, рассказывая, что российских процессоров не существует; а если они и существуют, то не работают или работают плохо. 

Однако если законодательство изменится, перед российскими производителями процессоров откроются новые возможности, ведь спрос станет более заметным и регулярным. Понятно, что сейчас все очень сложно, дорого и непонятно. Но в начале 1930-х в СССР не было станков – а в конце десятилетия они уже делали снаряды.

Если же влияние зарубежных корпораций окажется достаточно сильным, мы не получим заказов на процессоры и отечественную технику. А значит, не получим и новые высокотехнологичные рабочие места – и не оставим деньги в России. 

В целом отечественный ИТ-рынок становится все более автономным. Сейчас российские компании делают большие шаги в направлении производства микроэлектроники, разработки программного и аппаратного обеспечения. Российский рынок из главного потребителя превращается в серьезного разработчика. Именно поэтому зарубежные конкуренты всеми силами противятся этому явлению – и конкурентная борьба ведется на всех уровнях, как заметных, так и скрытых от посторонних глаз. 

Вячеслав Володкович, генеральный директор, «Аэродиск»
Поделиться:
Заметили неточность или опечатку в тексте? Выделите её мышкой и нажмите: Ctrl + Enter. Спасибо!